UNIPRESS/Colorado Russian World
http://www.russiandenver.50megs.com/bey_popov.htm

 

Церковь – история повторяется?..
Илья Трейгер


 

Помощника одного из отделов РПЦ избили с криками: "Бей попа!", сообщает 28 июня NEWSru.com.

Сотрудник Московской патриархии пострадал за свои религиозные убеждения, подвергнувшись избиению в подмосковной электричке. Мужчина помогает синодальному Отделу по церковной благотворительности и социальному служению. Об этом сообщает портал "Интерфакс-Религия" со ссылкой на сайт Отдела.

Ранее глава синодального отдела епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон подарил пострадавшему один из номеров православного журнала "Нескучный сад", на обложке которого изображен улыбающийся священник с ребенком на руках.

"Сергей думал, что ему удастся спокойно почитать журнал в электричке. Но этого не случилось. Обложка журнала, явно православная, стала поводом для жестокого нападения на него. В вагоне электрички никого не было, кроме Сергея, пятерых подростков славянской внешности и мужчины лет тридцати. Этот мужчина, по воспоминаниям Сергея, всю дорогу науськивал на него молодых", - говорится в сообщении.

Уже ближе к Томилино, где Сергею предстояло выходить, на него накинулись подростки с криками: "Бей попа!"

Мужчине нанесены ушибы и глубокая ножевая рана на лбу.

***

Что ж, печально, когда побои прохожим наносят просто так, чтобы расслабиться. Еще печальнее, когда подобное проведение досуга приобретает обыденный характер. К сожалению, приходится признать, что в России дело обстоит именно так, поскольку никто бы не обратил внимание на это происшествие, если бы таким случайным пассажиром не оказался бы помощник одного из отделов РПЦ. Однако в данном случае речь не только об этом.

Тот факт, что призывы типа «бей жидов», «бей черных», «бей хачей» легко провоцируют известные слои российского населения на агрессию, удивления не вызывает, как не вызывают вопросов причины данного явления. Но слышали ли вы когда-либо, чтобы подобной эффективностью обладали и такие призывы, как «бей стариков» или «бей детей»? Нет, эти призывы не используются даже в состоянии крайней степени агрессии толпы, они не работают. Не приходилось до сих пор слышать и о применении такого призыва, как «бей попов (или попа)». Не было этого, поскольку священнослужители слишком давно утратили статус категории населения или социальной группы. На памяти ныне живущих поколений россиян этого никогда не было. Однако появилось. Следовательно, не мешало бы разобраться в причинах этого нового явления российской социальной жизни или, как минимум, попытаться эти причины понять. И, похоже, что за объяснениями не так уж и далеко придется ходить.

В тот же день NEWSru.com публикует гневную отповедь главы синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерея Всеволода Чаплина очередному «рабу божьему», осмелившемуся критиковать церковь. На этот раз, мишенью протоирейского гнева оказался бизнесмен Михаил Прохоров.

Православные всегда будут называть вещи нравственными и безнравственными, в том числе в экономической области, подчеркнули в Русской церкви.

"Все, что волнует людей, все, от чего зависит их жизнь и насущный хлеб, благосостояние их семей и будущее их обществ, является, естественно, сферой озабоченности верующих людей, Церкви", - заявил глава синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин, выступая в Москве на российско-итальянской конференции "Экономике нужны этические регуляторы".

Священник заявил, что, как и "вся христианская традиция", принципиально не согласен с мнением некоторых людей о том, будто "говорить об экономике - это не дело Церкви и не дело верующих людей, что экономика - это сфера только для экономистов и тех, кто активно участвует в экономических процессах на уровне элиты".

Всеволод Чаплин напомнил, как на днях новый лидер "Правого дела" бизнесмен Михаил Прохоров "сказал, что дело Церкви - это религиозная или духовная жизнь, а мирскими делами дайте заниматься нам - примерно следующее было сказано".

"С этим согласиться сложно, потому что если уж бизнесмен пошел в политику и пытается решать для всего общества, что для него хорошо, а что - плохо, точно так же и верующие люди: священнослужители, монашествующие, миряне, в том числе участвующие в экономических процессах, - могут предлагать обществу то, что считают нужным, особенно в сфере нравственности, в том числе экономической нравственности", - подчеркнул он.

Справедливости ради, приводим цитату Михаила Прохорова из его телевизионного интервью Владимиру Познеру, которая, собственно, и вызвала этот праведный, с точки зрения священника, гнев:

«Дело в том, что я считаю, что церковь – важный институт. Но у нас иногда происходят не самые лучшие события. Например, когда некоторые члены Русской православной церкви начинают влезать в мирские дела, говорить нам, что носить, что надевать или начинают заниматься бизнесом – это ненормально. Поэтому когда человек уходил в монастырь от мирских забот, он как раз уходил ради этого. Поэтому пусть церковь занимается тем, чем она должна заниматься (духовной жизнью), а мирскими делами займемся мы сами».

Где в этом высказывании говорится о том, что верующие люди не должны говорить об экономике? И где здесь сказано о том, что никто, кроме экономистов так же не может говорить об экономике? Лжет В. Чаплин, и лжет не спроста...

По мнению священника, поскольку у всех людей права одинаковые, то и у Чаплина такие же права, как у Прохорова. Однако это вовсе не так...

Прохоров в передаче Познера присутствовал не в качестве частного лица, а в качестве новоизбранного лидера политической партии. Поэтому и все сказанное Прохоровым, сказано от лица этой политической партии. Так же и В. Чаплин в этой его гневной отповеди выступил не в качестве некоего частного верующего лица, а в качестве главы синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества. Следовательно, все что говорит Чаплин, является сказанным от лица церкви. А, раз так, то речь идет не о равенстве в правах между частными лицами, а о равенстве в правах между общественными организациями. А такого сорта равенство в Конституции Российской Федерации не предусмотрено. А именно, политическая партия – это общественная организация, имеющая право бороться за власть и, при получении мест в парламенте, осуществлять эту власть. Церковь же – это общественная организация не имеющая права ни на борьбу за власть, ни на осуществление власти в государстве. Экономика – есть концентрированная политика и поэтому всегда является сферой действия власти. Сферой же действия церкви экономика не является, поскольку церковь, согласно действующей российской Конституции, права ни политическую деятельность лишена. Таким образом, все, о чем говорил Прохоров относительно церкви, касается противозаконного вмешательства церкви в дела, в которые она вмешиваться не имеет права по закону.

В этой же связи упомянул Михаил Прохоров и одиозную попытку того же В. Чаплина от лица церкви указать гражданам РФ как они должны одеваться. Частное лицо, будь то священник или полицейский, верующий или атеист, имеет право высказать свое мнение по любому вопросу, но только от себя лично, от своего собственного лица. От лица же организаций могут делаться лишь заявления, не выходящие за пределы юрисдикции этой организации. Так, юрисдикция церкви – это люди верующие, принадлежащие только данной религиозной концессии, но не все население России, большинство которого являются атеистами. Впрочем, это лишь юридический аспект вопроса, показывающий, что РПЦ в лице своего главы синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества постоянно и неуклонно игнорирует российской законодательство, и, прежде всего, именно тот закон, на основании которого существует и функционирует. А для чего это церкви нужно? Ответ на этот вопрос становится очевидным при более пристальном рассмотрении того, что РПЦ предлагает в экономике по существу.

По существу же, как видно из текста этого же заявления, В. Чаплин предлагает для экономики «этические регуляторы» и «экономическую нравственность». Очень здорово, если не задавать простых вопросов. Например, а что конкретно является «этическим регулятором» экономики, как конкретно такой регулятор регулирует экономику, каковы конкретные критерии экономической нравственности, и, главное, кто будет все эти регуляторы и критерии нравственности определять в качестве обязательных для экономистов и людей бизнеса?

Поскольку ни мировая история, ни история экономики никогда не знала таких категорий, как «этический регулятор» или критерий нравственности в экономике, этим понятиям ни при каких обстоятельствах не удастся дать четких определений, таких, который можно было бы в будущем использовать в возможных судебных процессах в случае нарушения этих регуляторов или критериев. А если категория не определена, если регулятор или критерий не могут быть использованы в независимом судопроизводстве, следовательно, речь идет о ключевой роли церкви в этом вопросе, поскольку только церковь должна решать, что регулятор, а что нет. И только церковь может решать, что этично, а что не этично, что нравственно, а что не нравственно. А, если так, то никому, кроме церкви не остается и определять виновных. Именно это по существу и означает то, что предлагает В. Чаплин – церковь не только не должна быть отделена от государства, но само государство вместе со всеми его гражданами, включая и не христиан, должно быть в подчинении у церкви.

Что ж, государство государством, но причем здесь граждане? А граждане здесь при том, что экономика – это и работа, и зарплата. А если экономикой управляет церковь посредством ей одной известных нравственных и этических регуляторов, то не только одежда, но и работа, и зарплата граждан начинают зависеть исключительно от церкви. То, что РПЦ рвется к государственной власти вопреки Конституции страны, могло бы быть исключительно проблемой этого государства. Но тот факт, что во главу угла церковь при этом ставит ограничение даже самых примитивных личных прав и свобод граждан. А граждане российские тем и отличаются от российской власти, что все в этой стране им «по барабану», но лишь до тех пор, пока не трогают лично их. Тем более, если, как уже говорилось, большинство этих граждан атеисты, а не верующие.

Церковь впрямую заявляет претензии на осуществление властных функций по отношению к рядовым гражданам страны вопреки действующему законодательству. По идее, правоохранительные органы этого государства должны были бы указать такой общественной организации на ее место. Однако государство этой функции не выполняет. А что бывает, когда в какой-либо области отсутствует адекватное правоохранение? – Эта область всегда заполняется криминалом, что и выражается в уличных нападениях на священников. Так, быть может, государство готово защитить церковь от агрессивных проявлений в обществе? – Нет, этой функции государство тоже не выполняет. Много ли мы можем назвать раскрытых преступлений, связанных с нападениями на священнослужителей? Но одно дело, когда все это не выходит за рамки банального хулиганства, и совсем другое дело, когда эффективными становятся такие призывы, как «бей попов». Если начинают практически работать такие лозунги, значит, попы становятся социальной группой, ненавидимой населением. А в этом случае церковь рискует вторично пережить то, что с ней уже однажды произошло вскоре после октябрьской революции 17-го...

 Copyright©2011 UNIPRESS