Colorado Russian World
   В США
Copyright©2002 Colorado Russian World  К списку публикаций

Не знать, а уметь!..
Илья Трейгер

Все мы знаем о библейской истории единоборства Давида и Голиафа. А задумывались ли о том, почему именно Давид победил, а Голиаф проиграл? – А потому, что Голиаф лишь знал. А Давид еще и умел...

Что, Голиафу не было известно, что такое праща, и как из нее летит камень? – Было известно. Все он о праще знал и знал, следовательно, что летящий из пращи камень видно невооруженным глазом и увернуться от него труда не составляет. Тем более, что пращу вначале еще раскрутить надо, т.е. намерения стрелка известны противнику заранее... А потом, когда противники сойдутся, все решит превосходство в физической силе. А тут Голиафа с Давидом и сравнивать нельзя было... Голиаф был большой и сильный. Поэтому, как работает праща, он знал, но самому ею пользоваться ему, по всей видимости, не приходилось – не за чем при такой силище-то...

А Давидка был маленький и плюгавенький. Поэтому он-то пращей пользовался неоднократно...

Дальность полета камня из ручной пращи (бывает еще праща-палка и праща-хлыст) 200-300 метров в зависимости от стрелка и размеров камня. А прицельная дальность лишь 50-100 метров. Вот юный Давидка и начал раскручивать пращу за 200-300 метров до противника и, уже с раскрученной пращой, начал приближаться к Голиафу. И путь этого сближения составлял никак не меньше 150 метров. За время этого сближения у Голиафа возникло то, что современная физиология называет «повышением порога раздражения» или, попросту, привыкание к раздражителю. Поэтому, когда Давид приблизился на расстояние прицельного броска, этот момент оказался для противника неожиданным и он не смог увернуться от снаряда.

Вот так и стал плюгавенький Давидка героем-Давидом, а Голиаф – очень мертвеньким Голиафкой. Быть большим и знающим недостаточно, поскольку главное – это уметь!..

К чему это длинное предисловие? – К «дождю». К дискриминационному дождю, который во многих компаниях падает на головы наших иммигрантов в США. А мы... так пасуем перед огромным Голиафом, что от страха забываем о нашем умении открыть обычный зонтик... с вертикальным взлетом...

Собственно говоря, речь идет о развитии сюжета в свете статьи д-ра Горкина «Планета обезьян... страна юристов...».

Начнем прямо с того самого примера, которым воспользовался упомянутый автор – такой «довольно часто встречающийся факт как дискриминация на рабочем месте по национальному признаку».

Д-р Горкин совершенно справедливо замечает, что «... как правило, представляется нецелесообразным обращаться к непосредственному начальнику вашего обидчика – только в высший менеджмент корпорации! Дело в том, что, как показывает опыт и практика, так уж сложилось в этой стране, что между высшим и низшим менеджментом компаний существует огромный культурно-образовательный разрыв. Обычно, менеджеры низшего звена чрезвычайно сплочены между собой по признаку противостояния тем, кто «шляпу и очки надел». Поэтому, любые жалобы от работников они тормозят и поворачивают против самих работников. С одной стороны, это делается в целях выгораживания друг друга. А, с другой стороны, чем ниже культурный уровень, тем больше стремление быть рабовладельцем. Следовательно, придавить «взбунтовавшегося»  – дело чести. Поэтому, жалобу следует направлять только высшему менеджменту компании». С этим положением нельзя не согласиться, тем более, что ему есть и еще одно обоснование, быть может, даже более серьезное с точки зрения чисто практического применения.

Дело в том, что в каждой корпорации имеется штат юристов, работающих на нее по найму. Мы, в силу нашего советского опыта, привыкли считать, что юрисконсульт «сидит» на зарплате, и каждый сотрудник организации может обратиться к нему с вопросом. Но в Америке это не так. В этой стране юрисконсульты оплачиваются примерно так же, как менеджеры инвестиционных портфелей в финансовых компаниях. Они получают какую-то установленную зарплату за готовность к работе. Но за каждое конкретное обращение к юристу со стороны сотрудников компании юристу выплачивается дополнительная сумма по средним рыночным расценкам для данного вида юридических услуг. Поэтому, если каждый сотрудник будет иметь право обратиться к юристу, то компания попросту будет разорена. Очевидно, что малограмотный менеджмент низшего уровня этого права не имеет. Такой менеджер обязан передать соответствующую жалобу по субординации на тот уровень, где решат этот вопрос. Если от такого менеджера на верхний уровень массой поступают жалобы, не достойные внимания юриста – это означает, что данный менеджер не способен решать вопросы своего уровня. А как это определить малограмотному человеку? Путь один единственный – вообще не пропускать выше себя жалоб от низовых работников. А это, каким образом можно сделать? Здесь тоже один единственный путь – сделать виноватым самого жалобщика, чтобы больше не повадно было писать. А, еще лучше, подвести его под увольнение.

Если же жалоба пишется на имя менеджера высшего уровня, который имеет право обращения к юристу для консультации, то дело принимает совершенно иной оборот. Правда, лишь в том случае, если жалоба написана правильно. А правильно написанная жалоба – это как раз то, о чем говорит Д-р Горкин в отношении юридических формулировок. И здесь действительно очень важно соблюдать принцип изложения текста официальными юридическими формулировками (примеры приведены в упомянутой статье), но без дачи юридических оценок действиям вашего обидчика. В чем здесь смысл?

Дело в том, что американские юристы составляя письма для своих клиентов, именно так их и пишут – не давая юридических оценок, дабы не переступить компетенцию суда. Таким образом, письмо, написанное грамотными юридическими формулировками, но без юридических оценок по умолчанию воспринимается высшим менеджментом, как документ, составленный с помощью адвоката. А что это означает? А это означает, что адвокат взялся помогать данному жалобщику. А раз взялся, значит, видит какие-то возможные судебные перспективы дела. Юристы в Америке работают за деньги и напрямую заинтересованы в том, чтобы «содрать» с обидчика побольше – соответственно ведь увеличивается и их гонорар. С циничной, но реальной точки зрения юрист возьмется за дискриминационный кейс в том случае, если есть реальная возможность не столько «прекратить дискриминацию», но получить с компании приличную сумму компенсации за причиненный моральный ущерб. А такая компенсация может стоить компании миллионы долларов...

Вот это и срабатывает. Получив такое письмо, менеджер высшего уровня немедленно несет его к юристу компании. А тот, в свою очередь, в знакомых формулировках немедленно узнает вытекающие юридические оценки, о которых и сообщает менеджеру. А дальше...

А дальше включается закон бюрократического бытия. Дело в том, что в отличии от малого и среднего бизнеса, менеджмент крупных общественных корпораций функционирует так же, как государственное чиновничество. А принцип бытия чиновника – это не работу сделать, а свое кресло сохранить. Следовательно, чиновник готов к телодвижениям в нужном направлении только тогда, когда что-то или кто-то угрожает непосредственно его креслу. И вот, приходит жалоба от низового сотрудника, текст которой содержит возможный судебный иск против компании. И приходит эта жалоба на имя конкретного менеджера-чиновника. Следовательно, конкретно этому менеджеру проблему и решать – не допустить судебного скандала. А если не решит, то может лишиться кресла. А кто конкретно является виновником сложившейся опасной ситуации? Работник, который написал такую жалобу? Нет. На работника можно было бы свалить в том случае, если бы он писал необоснованные жалобы, мешая производственному процессу. А если жалоба оказалась юридически грамотной, то виноват всегда тот, кто создал условия, позволившие низовому работнику использовать формулировки возможного юридического иска – т.е. его непосредственный начальник. Вот в этом случае, весь гнев высшего менеджмента обрушивается именно на этого низового «супервайзера» вплоть до его увольнения. И так оно на практике и случается... Кстати, а не таким же образом в советское время мы писал жалобы, рассчитанные на психологию советского бюрократа? Точно так же. И психология советского бюрократа, как мы видим, ничем принципиально не отличалась от его американского коллеги. Бюрократия в разных государствах разная. А бюрократы одинаковые. Достаточно лишь грамотно транспонировать наш советский опыт в этой области на американскую территорию. Кстати, о грамотном транспонировании...

В той же статье Д-р Горкин очень вскользь затронул возможное участие прессы в таком процессе: «А если в вашем деле принимает активное участие пресса...». Как много в этом звуке...

Помните, как в СССР можно было обратиться с жалобой в газету? И эффект от такого обращения часто бывал выше, чем при обращении в партийный или государственный орган. А почему бы и здесь?.. Представьте себе, что и здесь работа прессы «по-советски» может быть очень и очень эффективной. Особенно в таких вопросах, как дискриминация или нарушение гражданских прав. И читатели нередко обращаются в русские газеты по таким вопросам. Но пресса преимущественно отказывает им в помощи. Основной аргумент – ну, здесь же не Советский Союз!

Надо отметить, что аргумент этот имеет под собой определенную логику. Дело в том, что советские газеты обязательно являлись органом какого-то органа власти. Поэтому газета могла дать прямой запрос вашему начальству по вашей жалобе, и начальство обязано было дать газете ответ. В Америке пресса такой властью не обладает. Второй момент – это предположение о том, что никто все равно не станет всерьез рассматривать запрос какой-то иммигрантской газеты, написанной на каком-то там иммигрантском языке. Но, все эти предположения неверны.

Да, газета не может напрямую вломиться со своими претензиями в офис менеджера какой-нибудь корпорации – это правда. Но есть и другие правды...

С точки зрения закона, например, все СМИ равны не в зависимости от того, является ли данное издание мелким иммигрантским или знаменитым американским. Вторая правда заключается в том, что если газета направляет свой запрос, скажем, сенатору, то офис сенатора обязан провести этот запрос в соответствии с установленной процедурой не в зависимости от личной позиции сенатора или его партии по этому вопросу. А процедура эта заключается в том, что офис сенатора обязан инициировать парламентский запрос по данному делу высшему менеджменту корпорации. Но, лишь в том случае, если запрос содержит те же признаки обоснованности, о которых мы упоминали выше. То есть, газета способна обеспечить доставку текста жалобы высшему менеджменту корпорации от имени американского парламента. Согласитесь, что эффект никак не меньше советского. Конечно, в данном случае редактор газеты должен располагать текстом жалобы, положения которой подпадают под соответствующие юридические формулировки. А для этого необходимо, чтобы либо заявитель пришел в редакцию с таким текстом, либо редакция должна провести журналистское расследование на предмет подпадания положений жалобы таким формулировкам и составить соответствующий текст запроса.

И что интересно, так это то, что в делах, связанных с дискриминацией или нарушением гражданских прав игра практически беспроигрышна. Дело ведь не в том, удалось ли судить компанию на миллионы, или уволить начальника. С точки зрения Сенатора и Газеты дело в том, что им удалось восстановить справедливость, они вышли победителями. Сенатор, хоть три лишних голоса, но получил в фонд будущей избирательной компании. То же и для газеты...

Жизнь любой газеты в США зависит от рекламодателя. А популярность газеты у рекламодателя зависит от читаемости этой газеты в той среде, на которую ориентированы рекламирующиеся бизнесы. А любая читательская аудитория любит скандалы. Но одно дело, когда газета публикует скандалы, происходящие за пределами данной аудитории, и совсем другое дело, когда такой скандал касается той общины, на которую работает издание. А если газета при этом еще является главным инициатором этого скандала, и вышла победителем в деле защиты прав и достоинства кого-то из членов этой общины, то она попросту становится народной...

В заключении хотелось бы сказать несколько слов, касающихся вопроса нарушения гражданских прав.

Пример, использованный Д-р Горкиным (дискриминация по национальному признаку на работе), несколько специфичен в том плане, что далеко не в большинстве случаев такая дискриминация выражается в прямолинейных атаках на национальные признаки дискриминируемого. Чаще над иммигрантом издеваются, придираясь к вещам, прямо с его национальностью не связанным – пытаются представить его плохим работником, например и т.д. Как поступать в этом случае, когда под официальные юридические формулировки текст жалобы никак не подпадает?

В этом случае можно произвести переориентацию нападок начальника не другие признаки. Ведь русских дискриминируют не потому, что они русские. Всех иностранцев в Америке дискриминируют потому, что они «не такие». Это вообще свойство любого человеческого быдла – агрессия к непохожести. Вот эта их слабость вполне может оказаться нашей силой. Вот, например, совершенно практический, взятый из жизни случай...

Все мы знаем о широкой популярности такого достижения цивилизации, как карманные персональные компьютеры (PDA). Так вот, не взирая на распространенность этих приборов, в низах американского общества, где мы чаще всего и сталкиваемся с дискриминацией, этими компьютерами практически не пользуются. Более того, как это ни парадоксально, но хоть они и американцы, пользователи PDA для них все равно, что люди из параллельного мира. Если же они видят такой прибор в руках иностранца, работающего в их среде, то ненависти к такой «непохожести» нет предела. И «супервайзер» непременно переключается на введение ограничений на пользование КПК и даже на наличие их в пределах организации. Тут-то он и попался.

Дело в том, что КПК подпадают под защиту целого набора гражданских прав. Во-первых, поскольку официально он называется карманным, то относится к содержимому ваших карманов. Если вы держите его в чехле, где предусмотрено хранение кредитных карт и наличных денег, то «Пальм», к тому же, относится к содержимому вашего кошелька. Поэтому таки ограничения являются прямым «Invasion in Privacy». Во-вторых, эти компьютеры являются носителями новостной информации газет, информационных агентств и даже телеканалов. Таким образом, мы имеем дело и с нарушением конституционных норм о праве на информацию и т.д.

Дальше остается собрать копии письменных дисциплинарных замечаний и ограничений, сверить их с соответствующими юридическими формулировками и действовать по описанным выше принципам...

Они про гражданские права знают, но они по сравнению с нами Голиафы. А нам, чтобы выжить, следует быть Давидами...