UNIPRESS/Colorado Russian World
http://www.russiandenver.50megs.com/evroparlament.html


Не можешь помочь, не вреди
Илья Трейгер

Европарламент против предоставления США финансовой информации, сообщает 11 февраля "Голос Америки".

Европейский парламент заблокировал соглашение о доступе американских властей к информации финансовых учреждений Европы при расследовании лиц или организаций, подозреваемых в терроризме. 11 февраля законодатели в Страсбурге 378 голосами против 196 высказались против подобной меры.

Как заявил председатель парламента Ежи Бузек, ассамблея стремится к расширению защиты информации и основных гражданских прав и свобод европейцев. Американская миссия в Брюсселе назвала это решение шагом назад в сотрудничестве США и ЕС в борьбе с терроризмом.

В отсутствие подобного соглашения США должны будут полагаться на отдельные договоренности со странами-членами Евросоюза для получения такой банковоской информации, как, например, денежные переводы.

После 11 сентября 2001 года США имели возможность вести проверку европейских банковских операций через последство Общества всемирных межбанковских финансовых операций (
SWIFT). В настоящее время SWIFT планирует перенести часть своих баз данных из США в Европу. Без нового соглашения американские следователи будут ограничены законами ЕС, сужающими возможность сбора данных в Европе только в отношении граждан США.

***

Это не просто шаг назад в сотрудничестве США и ЕС в борьбе с терроризмом. Это полный отказ Евросоюза от сотрудничества с США в борьбе с терроризмом на финансовом направлении в той форме, в которой такое сотрудничество понимают и осуществляют в Вашингтоне.

В принципе, ничего удивительного в произошедшем нет, и такое рано или поздно должно было произойти, хотя бы в силу разных юридических подходов к таим понятиям, как подозрение, виновность и наказание в Европе и США.

Например, арест финансовых средств в Европе допустим лишь в случае юридически обоснованного подозрения, т.е. если следствие может предъявить доказательства вины, хотя судебной процедуры еще и не было. В Америке это происходит по-другому. В США под подозрение может попасть любое физическое или юридическое лицо, если таково решение лица, наделенного "правом на подозрение". А такое должностное лицо имеет право поставить под подозрение любого человека или кампанию на основании лишь того, что человек или компания обнаруживают поведение необычное с точки зрения этого должностного лица или непонятное ему. Особенно сильно проявляется в США постановка под подозрение на основании того, что лицо или компания используют свое право на конфиденциальность. То есть, с одной стороны, право на конфиденциальность собственной или деловой информации имеют все без исключения физически и юридические лица. А, с другой стороны, раз человек или компания что-то скрывают, значит, им есть, что скрывать. А если есть, что скрывать, значит, имеет место преступная деятельность. И на одном этом основании власти вполне могут наложить арест на банковские счета компании.

С этим же в известной степени связан и доведенный до абсурда внеюридический принцип постановки под подозрение на основании недостаточной прозрачности деловой активности. По закону, любой американский бизнес обязан быть прозрачным только с точки зрения таможенных сборов и налогообложения. Компания не имеет право скрывать получаемые прибыли от налоговой службы, для чего в известных пределах должна предоставлять информацию о типе деятельности и финансах, но только этим органам. При этом, правоохранительная система не имеет доступа к этой информации без согласия ее владельца, и, следовательно, правоохранительным структурам компания эту информацию предоставлять по закону не обязана. Второй фактор прозрачности касается кредитной системы. Если компания желает получить кредит от кредитной компании, то кредитодатель может запросить такую информацию. Компания может эту информацию потенциальному кредитору предоставить или не предоставить. Если кампания такую информацию предоставить отказывается, то кредитная структура имеет право в кредите отказать. Иными словами, в случае кредита степень прозрачности бизнеса – есть вопрос договора сторон, но не имеет отношения к наложению каких-либо санкций.

Так оно изначально задумывалось, и так оно много десятилетий и было. Однако сейчас ситуация существенно изменилась. Если какая-либо кампания вызвала интерес у американской правоохранительной системы, ее могут попросить открыть всю информацию по банковским проводкам, включая "имена и явки". Только попросить. Сами ничего этого получить не могут, потому и вынуждены просить. Компания может разрешить или отказать. Вроде как, все эти права за бизнесом сохраняются. Однако права эти того же сорта, что были права в СССР: "скажите, я имею право? – Да. Так, значит, я могу?.. – Нет". Кампания может отказать правоохранителям в предоставлении конфиденциальной информации, но правоохранители при этом имеют право на арест счетов этой кампании до выяснения обстоятельств. А дальше, либо скажешь, либо бизнес будет разорен по причине ареста счетов.

Да, конечно, не каждая ведь компания вызывает интерес првоохранительной системы в Америке и даже вовсе не большинство бизнесов, а лишь некоторые. Так что, быть может, не такой уж это необоснованный подход? Да, часто это вполне оправдывается. Перечисления, например, крупных денежных сумм неизвестному ранее получателю, да еще и в страну, подозрительную на наркотоговлю, нелегальную торговлю оружием, торговлю "живым товаром", содействию терроризму и пр. действительно являются одним из главных признаков для подозрения и далеко не всегда такие подозрения несправедливы. Более того, только лишь в силу данного факта арест на счета компании никогда не налагаются. По такому факту лишь проводится дознание. До сих пор все выглядит вполне цивилизованно. Но дальше, как конкретно проводится это дознание, и какие по его итогам предпринимаются меры, на цивилизованность походит мало.

Естественно, что, прежде всего, дознавателей интересует род деятельности получателя этих денег, который указан в платежном поручении банка. Сначала эту информацию дознаватели пытаются получить из открытых публикаций. Если нашли, хорошо. Если нет, обращаются к властям соответствующей страны. Если данная страна не сотрудничает с США в этих вопросах, то пытаются позвонить самому получателю платежа. А он (получатель), вот беда, берет и просто посылает этих американских дознавателей куда подальше. Да еще и обзовет как-нибудь обидно, например, пиндосами или крстоносцами... Что остается дознавателю? Правильно, он обращается за разъяснениями к руководству той американской компании, которая эти деньги перечислила подозрительному получателю. Вот тут-то владельцу/руководителю предприятия и предлагается дать разрешение следственному органу на получение конфиденциальной информации о данном предприятии.

Теперь у владельца/руководителя бизнеса есть только два варианта – дать такое разрешение или отказать. Допустим, что владелец бизнеса решил отказать. Почему? – А, хотя бы потому, что не любит человек иметь дело с властями. Или не хочет тратить свое время на бесполезные, с его точки зрения, допросы, по принципу "затаскают". Или еще что-нибудь в таком же духе. Но с точки зрения дознавателя ситуация выглядит не так. С точки зрения дознавателя, партнер этого бизнеса расположен в подозрительной стране, свою деятельность от Америки скрывает, открыто проявляет нелюбовь к американцам. А сам этот бизнесмен, от сотрудничества с властями отказывается, следовательно, имеет, что скрывать. Вот и все основания для ареста банковских счетов этой компании, что автоматически означает банкротство бизнеса. И за что же такое наказание? – За то, что воспользовался законным правом на сохранность конфиденциальной информации при полном отсутствии каких-либо оснований к подозрению в совершении преступления или соучастия в нем.

Второй вариант, владелец бизнеса согласился подписать разрешение на получение конфиденциальной информации представителями дознания. По идее, в этом случае ему ничто угрожать не должно, поскольку он не отказался от сотрудничества с властями? А вот, все как раз и наоборот. В этом случае ему грозят даже большие неприятности, нежели в ситуации по первому варианту.

Дело в том, что бумага о разрешении доступа органов дознания к конфиденциальной информации бизнеса автоматически содержит согласие владельца на сотрудничество со следствием. И подписывая такое разрешение, владелец одновременно подписывает и такое согласие со своей стороны. Что происходит дальше?

Поскольку самостоятельная попытка выяснения рода деятельности получателя денег дознанию к этому моменту уже не удалась, первое, что делает дознаватель – это просит владельца бизнеса дать информацию о деятельности его заграничного партнера по бизнесу. Естественно, что владелец сразу ее предоставляет. То есть, предоставляет ту информацию, которую получил когда-то от самого этого партнера. Конечно же, следователя это не устроит, мало ли, кто что сам о себе расскажет. Ему доказательства нужны. Например, детали финансовых проводок этого партнера с его другими партнерами и сами эти другие партнеры. Всего этого владелец нашего бизнеса знать просто не может, поскольку не является начальником своего партнера. И запросить такую информацию не может, поскольку после такого запроса он не то, что ответа не получит, но и самого партнера потеряет. Следовательно, все, что ему остается – это развести руками, мол, не доступна мне эта информация. Вот тут-то следователь и вываливает на стол бумагу, с обязательствами сотрудничать со следствием. Не предоставляешь информацию, значит, нарушаешь обязательство о сотрудничестве. А это уже обман следствия. И тут уж даже за решетку угодить можно, а арест счетов становится не просто вероятным, но гарантированным. При этом ровным счетом никого не интересует, что человек или бизнес наказан не в зависимости от того, что не совершил никакого преступления. Даже в том случае, если его заграничный партнер действительно замешан в преступной деятельности, данный конкретный владелец сам преступлений не совершал и не знал о преступлениях других, следовательно, наказан за чужие проступки, а не за свои. Почему? – Только потому, что не смог или не захотел доказывать собственную невиновность, т.е. имеет место прямое нарушение принципа презумпции невиновности.

Конечно же, приведенный пример является намеренно утрированным в целях иллюстративности. На практике внутри США все это происходит мягче в более завуалированной форме. Но если под подозрение подобного сорта попал бизнес, не имеющий на самом деле никакого отношения к криминалу, то конечный результат выглядит именно так. Другой вопрос, что в отношении американских бизнесов подобные случаи не так часты. Если такое и случается, то главным образом с бизнесами иммигрантскими, не нашедшими себе нишу в пределах привычного для американской правоохранительной системы, что тоже случается не часть. Дело в том, что иммигранты, живущие в Америке, в целом знакомы с этими подходами американской правоохранительной системы и, как правило, заранее договариваются со своими партнерами за границей, чаще всего в странах их происхождения. И заранее готовят информационные пакеты, соответствующие той легенде, о которой договорились, и полностью соответствующие средней логике американских следователей. Этот пакет документов и предоставляют дознавателям, если те вдруг обнаруживают интерес к данному конкретному бизнесу. После чего, обе стороны обычно расходятся, будучи довольными друг другом, и ничем фатальным это для бизнеса не заканчивается. Да и борьбе с преступным бизнесом это урона не наносит, поскольку такие иммигрантские компании не имеют большого наличного оборота, когда деньги трудно легализуются. У действительно преступных бизнесов с крупными оборотами подобная схема проходит не часто, и их все же ловят.

Однако это все относится к гражданам или жителям США. Совсем другая ситуация складывается, когда вопрос касается граждан других стран, в частности европейских.

Европа ведь состоит не только из Англии, Франции и Германии. Европа – это еще и десятки стран, относящиеся к такому понятию, как "задворки Европы", от Греции до всей Восточной Европы. Эти страны богатыми не назовешь. А чем беднее страна, как мы знаем, тем больше в ней и коррупции, и прямого криминала. Кроме того, в Европе в отличие от Америки огромное количество бизнесов ведут дела с представителями стран, которые Америка рассматривает как подозрительные. И плюс ко всему этому ни один европейский бизнес не ведет дела в форме, привычной для американцев, наделенных "правом на подозрение". Просто потому, что это европейские бизнесы, а не американские.

Многие из этих европейских бизнесов держат свои счета в американских банках. Во-первых, потому, что это выгоднее с финансовой точки зрения. Во-вторых, чтобы скрывать свою финансовую информацию от криминала в их странах. В-третьих, от правоохранительной системы в их странах, которая сама нередко осуществляет преступную деятельность. Представляете, что значит для этих бизнесов прозрачность по американскому типу? Уже из одного этого следует, что в отношении европейцев под американские санкции скорее попадают невиновные, чем виновные. Кроме того, повторимся, Европа – не Америка. В Европе, особенно в бедных европейских странах наличный денежный оборот по-прежнему составляет значительную часть от общего финансового оборота в этих государствах. Очевидно, что банковскому сектору ни при каких обстоятельствах не выгодно дальнейшее смещение центра тяжести денежного оборота в сектор наличности. Но именно это и происходит, если бизнесы перестают доверять банковской системе и начинают предпочитать наличный оборот. А что им остается делать, если именно благодаря банковской системе американская правоохранительная система начинает разорять европейские бизнесы, не имеющие отношения к криминальной деятельности?

Быть может, мы преувеличиваем, и действовавшая до недавнего времени совместная американо-европейская система финансового контроля вовсе не так уж и затрагивает невиновных в Европе, а как и в Америке главным образом все же выявляет именно преступников? И вообще, а откуда собственно это известно, что американская карающая десница поражает нормальные бизнесы в большей степени, чем преступные, где публиковалась такая статистика?

Представьте, что именно эта статистика и опубликована не далее, как в том самом сообщении "Голоса Америки", текст которого приведен в начале нашего повествования. Сам факт того, что вопрос о разрыве этого соглашения между ЕС и США была поставлен на обсуждение в Европарламенте и, тем более, что Европарламент 60% большинством голосов проголосовал за разрыв этого соглашения, не только отражает эту статистику, но фактически является прямым доказательством того, что так оно и есть. Что Америка действительно главным образом карает именно невиновных, нанося тем самым ущерб европейским экономикам, и, прежде всего, экономикам слабым, особенно чувствительным к таким ударам. Не было бы этого, разве пошло бы SWIFT на дорогостоящую операцию по перемещению своей европейской базы данных с территории США в Европу?

Американцы в свое время такое сотрудничество Европе предложили, и Европа на него согласилась в свете трагедии 11 сентября 2001 г. Кто виноват, что Америка не потрудилась адаптировать действия своих лиц, наделенных "правом на подозрение" к законам, по которым живут не только США? – Никто, кроме самой американской стороны. Научитесь цивилизованно работать, не нанося ущерба собственным партнерам, тогда будем разговаривать. А пока такое сотрудничество прекращается...



Copyright©2009 UNIPRESS Обратная связь К списку публикаций