UNIPRESS/Colorado Russian World
http://www.russiandenver.50megs.com/neuchen'e.htm

 

Неученье – это все же тьма…
Илья Трейгер

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл считает феминизм опасным явлением, сообщают «Ведомости» 9 апреля, так как его сторонники игнорируют главное предназначение женщины — быть женой и матерью.

«Считаю очень опасным явление, которое называется феминизмом, потому что феминистические организации провозглашают псевдосвободу женщин, которая в первую очередь должна проявляться вне брака и вне семьи. В центре феминистской идеологии не семья, не воспитание детей, а иная функция женщин, которая нередко противопоставляется семейным ценностям. Наверное, не случайно, что большинство лидеров феминизма — это незамужние женщины», — заявил патриарх Кирилл на встрече с участницами Союза православных женщин Украины в Москве.

Патриарх подчеркнул, что женщина в первую очередь «хранительница домашнего очага, центр в жизни семьи» и выполнение женщиной своих традиционных обязанностей ни в коей мере не ставит ее в подчиненное положение по отношению к мужчине. При этом предстоятель считает, что современные женщины несут нагрузку, превосходящую мужскую: они не только занимаются домом, но и работают.

***

Интересно, сам патриарх себе подобные речи пишет или пользуется услугами спичрайтеров, подобно президенту и премьеру? И если он пользуется услугами спичрайтеров, то читает ли он тексты ими написанные, или как Брежнев зачитывает, в том числе и «олимпийские кольца»?

Если феминизм отрицает, как утверждает патриарх, главное предназначение женщины – быть женой и матерью, то почему же в таком случае из трех феминисток из группы Pussy Riot именно с подачи патриарха были лишены свободы именно те две девушки, которые имеют семьи с детьми, а на свободу отпущена именно та, которая ни семьи, ни детей не имеет? Где логика, или предстоятелю РПЦ она без надобности?

Энциклопедическая справка: Фемини́зм (от лат. femina, «женщина») — общественно-политическое движение, целью которого является предоставление всем женщинам, дискриминируемым по признаку пола, расы, ориентации, возраста, этнической принадлежности, социального статуса [1], всей полноты социальных прав. В широком смысле — стремление к равноправию женщин с мужчинами во всех сферах общества.

Где в этом определении говорится об отрицании или игнорировании предназначения быть женой и матерью? Получается, что лжет патриарх, утверждая подобное в отношении феминизма. Но если лжет, то с какой целью?

Надо заметить, что предстоятель РПЦ вовсе не отрицает права женщины на образование и профессиональную карьеру. Однако подчеркивает, что быть женой и матерью – есть главное предназначение женщины. Отсюда следует, что право на образование и профессию женщина должна рассматривать как нечто второстепенное. А как насчет мужчин, что мужчина должен считать своим главным предназначением, а что второстепенным? – Об этом патриарх ничего не говорит.

Следовательно, получается, что основная мысль московского патриарха состоит, прежде всего, в том, что мужчина сам определяет, что для него в жизни главное, а что второстепенное. Женщине же в этом праве патриарх отказывает – для нее эти категории определяются кем-то со стороны, в данном случае это прямо делает церковь в лице ее предстоятеля. Иными словами, РПЦ официально заявила о том, что отрицает равные с мужчинами гражданские права женщин. Странно как-то слушать подобное в стране, где равные с мужчинами права женщин закреплены Основным Законом государства. Откуда это может идти?..

Откуда это идет, вполне адекватно, на наш взгляд, объясняет диакон Андрей Кураев, в своей публикации в сентябре прошлого года, где цитирует «научные работы» нынешнего патриарха в бытность его еще митрополитом. В частности:

«Как же Святейший Патриарх представляет себе общество, в котором концепция прав и свобод человека сочетается с традиционными мировоззренческими стандартами? Во-первых, такое общество должно строиться по законам, учитывающим нравственные нормы, господствующие в обществе: «…в законодательстве должны быть отражены нравственные нормы, разделяемые большинством общества». Во-вторых, человека надо научить пользоваться своей свободой и своими правами, чтобы страна не превратилась в царство вседозволенности, «должен быть заполнен вакуум нравственного воспитания». Воспитанием граждан должно заниматься государство, привлекая общественные институты (школу, религиозные организации – «в той мере и в том объеме, который соответствует их представительству в обществе»). В-третьих, «четвертая власть», средства массовой информации, являющиеся сегодня истинными «властителями дум», должны представлять «положительные примеры использования свобод», не насаждая ради рейтинга и финансовой выгоды те «идеалы», которые наиболее востребованы падшей человеческой природой».

Итак, патриарх настаивает на том, что нравственные нормы должны быть закреплены государственным законодательством, лишая человека права самому решать, что хорошо, а что плохо. При этом, в качестве таковых норм предлагается вводить в законодательство те нормы, с которыми согласно большинство населения. Таки образом, интеллектуальный слой общества, который большинством не является ни в одном государстве, попросту лишается возможности какой-либо интеллектуальной деятельности. Ну а пресса, как считает патриарх, должна писать то, что скажут, а не то, что журналисты сочтут нужным сообщить обществу. Иными словами, позиция нынешнего московского патриарха – это ничто иное, как принципиальное отрицание прав человека как таковых, в современном светском понимании этих прав.

Таким образом, получается, что московский патриарх не столько печется о предназначении женщин, сколько пытается убедить общество во вреде такой категории как права человека и, наоборот, полезности массовой люмпенизации общества. Зачем ему это?

Ответ здесь напрашивается сам собой. Некто Владимир Гундяев, едва закончив 8 классов средней школы, решил посвятить себя церковной карьере. К 2009-му году достиг в этой карьере высшей точки, став московским патриархом. Что может руководить человеком на склоне лет (66 лет), добившемся уже высшей точки в церковной карьере? – Конечно же, стремление войти в историю. Вот, по-видимому, он и решил войти в историю, как патриарх, вернувший русской православной церкви власть, потерянную ею в 1917-м году. Мир, однако, к сегодняшнему дню существенно изменился. Вот уже более полувека, как религия в мире перестала быть неотъемлемой этнической принадлежностью, а стала предметом личного выбора. Даже в так называемом исламском мире осталась лишь пара-тройка стран, где ислам является обязательной этнической принадлежностью. Понятно, что при таком раскладе вернуть церкви ее дореволюционный статус в принципе невозможно. Единственный способ это сделать – это добиться кардинальной люмпенизации общества с фактической полной ликвидацией интеллектуального класса. Понимает ли патриарх, что это разрушит страну, сделав ее окончательно не конкурентоспособной на уровне мировой экономики? – Возможно, что действительно не понимает. Во всяком случае, человек, чье естественное образование остановилось на уровне 8-го класса средней школы, вполне может не понимать самых элементарных вещей, касающихся законов развития общества. Но это и не важно, понимает он это или нет, поскольку всю свою жизнь этот человек делал только то, во что он верит, а не то, что он понимает или знает. Сейчас он верит в то, что если церковь вернет себе былую власть в России, то Россия только лишь по этой причине автоматически опять станет великой. Однако, не в зависимости от того, во что патриарх верит или что понимает, есть в этом мире вещи, которые не зависят его веры или понимания.

Вот, например, то, что лежит на поверхности. Может ли женщина, выходящая замуж, быть уверена в том, что ее брак не распадется через какое-то время, и она останется одна с детьми на руках? – Нет, конечно же. Возьмем более благоприятный сценарий: может ли женщина, выходящая замуж, быть уверена в том, что ее муж через какое-то время не потеряет работу, и семья останется без средств к существованию? – Тоже нет. Возьмем самый типичный сценарий для России: может ли женщина, выходящая замуж быть полностью уверенной в том, что ее муж всегда будет зарабатывать достаточно, чтобы достойно содержать семью? – Тоже нет. Следовательно, получается, что получение образования и профессиональной квалификации является обязательным условием для того, чтобы иметь возможность для нормального воспитания будущих детей. Так что же, в таком случае, является для современной российской женщины главной задачей? – Выходит, что это как раз наличие равных гражданских прав с мужчинами. И что, при всем при этом, станут молодые девушки в процессе планирования своей жизни практически руководствоваться разглагольствованиями бородача в рясе? Понятно, что нет, то есть, массовой люмпенизации женской части населения такими речами патриарху добиться, скорее всего, не удастся.

А что, если через административный ресурс подвигнуть государство принять соответствующие законы, о которых патриарх рассуждает в приведенных выше цитатах? Да, это вполне возможно. Учитывая, как по инициативе московского патриарха сажали за решетку девушек из Pussy Riot, такое вполне можно предположить. Но если патриарх рассчитывает именно на это, то он должен быть уверен в долгосрочности нынешнего политического режима. А насколько он долговечен на самом деле?

На данный момент, образовательная, научно-технологическая и производственная базы в России уже практически полностью разрушены и бюджет страны держится почти исключительно на экспорте энергоресурсов, главным образом, газа. И вот, что по этому поводу сообщает Юлия Латынина в ее эфире на «Эхо Москвы»:

«До сланцевой революции в 2008 году Россия была крупнейшим в мире производителем газа. Америка отставала от нее незначительно. Но при этом американские цены на газ были очень высокие, в среднем в 2008-м там было 230 долларов, причем добивало до 710 в пик. А уже в 2009-м США обгоняют Россию. Разница эта только растет с тех пор. При этом цена на газ внутри Америки сейчас меньше российской внутренней цены на газ, что привело, во-первых, к реиндустриализации Америки и уж, конечно, похоронило все надежды Газпрома не только выйти на газовый рынок США, но и быть монополистами в Европе. При этом себестоимость газпромовского газа растет, поставки газа за границу падают. До 2008 года энергетическая стратегия режима, все-таки, исходила из того, что мы – энергетическая сверхдержава, мы будем вертеть Европу на газовой трубе как хотим, и будут нам и деньги, и удовольствие. А, вот, благодаря сланцевому газу, эта стратегия как раз и накрылась. И, вот, тема «Мы вам месторождение, вы нам газопроводы» как раз сменилась темой «Кругом враги».

Таким образом, производство сланцевого газа в мире нарастает, и пропорционально этому росту падает и будет продолжать падать экспорт газа российского, что очень быстро подрывает экономическую прочность нынешнего российского политического режима. Ну, а дальше, как хорошо известно, как только власть потеряет возможность ДАВАТЬ населению, так это население попросит эту власть…, понятно, о чем ее попросят… Как минимум, власть потеряет существенную долю собственного административного ресурса в поддержании послушания со стороны населения. А это, в свою очередь, ведет к еще более быстрой потере этого рычага церковью. И, в конечном итоге, церковь получит то же, что получила после 17-го года, но на этот раз не более радикальном уровне. Как минимум, сбудутся мечты Станислава Белковского о ликвидации московского патриархата в виде юридического лица. Следовательно, при подобной политике, проводимой сегодня в России церковью, нынешний патриарх, скорее, рискует войти в историю, как человек, окончательно уничтоживший церковь, а не наоборот…

 

 

Copyright©2012 UNIPRESS