UNIPRESS/Colorado Russian World
http://www.russiandenver.50megs.com/oslinye_ushi.htm

«От мертвого осла уши…»
Илья Трейгер, Вашингтон

Итак, 22 апреля Госдума окончательно принимает закон о приравнивании блогеров к СМИ. Согласно документу, все блогеры, у которых страницы посещают больше 3 тыс. пользователей в день, должны выполнять требования, предъявляемые к СМИ. Их обяжут публиковать на своих страницах личные данные и воздерживаться от мата. Вводится понятие "организатор распространения информации", которое разработчики трактуют предельно широко - от персонального или коммерческого сайта до группы в социальной сети. От организаторов потребуются тесная кооперация со спецслужбами и хранение в течение полугода метаданных о деятельности в Сети. Нарушителям грозят штрафы и блокирование на месяц. Кроме того, блогеры не должны использовать "материалы, пропагандирующие порнографию, культ насилия и жестокости, а также материалы, содержащие нецензурную брань". Они должны проверять публикуемую информацию на достоверность, не допускать публикаций о частной жизни других людей или порочащих материалов.

На вторые сутки после этого события, 24 апреля президент Путин выступил с комментарием по этому поводу на пленарном заседании первого Медиафорума независимых региональных и местных СМИ в Санкт-Петербурге, порекомендовал пользователям интернета пользоваться Яндексом вместо Google, а, за одно, напомнил о том, что Яндекс изначально тоже был под влиянием США.

На следующий день после этого выступления российского президента, 25 апреля, как сообщает NEWSru.com, акции Яндекса рухнули на Нью-Йоркской фондовой бирже, да так, что компания потеряла 1 млрд. долларов капитализации.

И тут…, пошли комментарии, комментарии, комментарии…

Главред «Эхо Москвы» Алексей Венидиктов: «Мне представляется, что этот закон будет точечного применения, не для всех. Они будут разбираться только с теми блогерами, которые, с их точки зрения, вызывают турбулентность в политической сфере». – Что ж, трудно не согласиться с таким предположением. Тем более, что оно очень похоже на прогноз погоды по полотенцу за окном: если полотенце мокрое, значит, идет дождь. А если нет, то нет. Все без исключения ограничительные и запретительные законы, принятые Госдумой последнего созыва, являются законами избирательного применения. Почему же с этим законом должно быть как-либо иначе? Не будет, поскольку полотенце уже мокрое.

Сергей Пархоменко, «Эхо Москвы»: «Вот буквально на наших глазах 2 дня тому назад президент Путин проклял компанию Яндекс. И мы видим, что с ней происходит. На этом самом медиафоруме, абсолютно расчисленном и разрепетированном, он заявил о том, что компания Яндекс тоже представляет из себя что-то, какое-то там порождение ужасных американских спецслужб, и немедленно это обернулось просто обесценением этой компании. Вот мы второй день слушаем, как сыпятся ее акции, и мы отлично понимаем, чем это кончится. Это кончится тем, что появится какой-нибудь Алишер Усманов или что-нибудь вроде того и то, что останется от Яндекса, попытается купить и взять эту компанию под контроль. Вот и все. Вот и вся несложная комбинация: сначала обесценить… Так это ровно с кем только уже не происходило. Это так происходило, скажем, и с компанией ВКонтакте, откуда только что был окончательно вытеснен ее создатель и очень важный для этой компании менеджер Дуров, и так это было с большим количеством разных издательств и разных редакций, так это было, в сущности, и я думаю, что так, в сущности, это и может случиться все равно с телеканалом «Дождь». И, в конечном итоге, я думаю, примерно это же задумано и для Яндекса».

А с этим комментарием согласиться никак не получается. В данном случае, Сергей Борисович, по всей видимости, или поспешил с выводами, или при всей его нелюбви к Путину, думает о нем все же много лучше, чем тот есть на самом деле. А, тем временем, правильно понять, что всем этим хотел сказать российский президент, очень важно, дабы хоть как-то предвидеть дальнейшее развитие событий внутри России.

Издатель Григорий Кунис, который присутствовал на этой пресс-конференции Путина рассказал, как эта конференция была устроена:

«Встреча Путина со СМИ на Медиафоруме - хорошо организованное шоу. Где все участники, кроме президента и ведущих - статисты. Вот подробности как это происходило:

Весь сценарий, включая что говорят ведущие, кто и какие вопросы задает, в какой последовательности - прописывается заранее. Я сидел рядом с одним из ведущих, Дмитрием Миненко и видел что он не отступил ни на шаг от написанного. Перед ним лежал сценарный план, где было прописано что говорит он, а что Ольга Тимофеева, вторая ведущая, кого надо поднять и какой будет у него вопрос/просьба. На фото видно план перед Миненко и собственно одна стр сценария крупно. Руководил подготовкой сценария начальник управления аппарата президента по общественным вопросам, Павел Зенькович. Весь вечер накануне его команда согласовывала сценарий. Он же дал по шапке Миненко, который собирался оставить план на своем столике в зале перед шоу с президентом».

Уже из одного этого следует, что встреча Путина со СМИ, как и «Прямая Линия», была организована не для того, чтобы он отвечал на чьи-то вопросы, а для того, чтобы он довел до общественности то, что считает нужным. Что же касается вопросов, то фактически Путин отвечал на те вопросы, которые сам себе и задавал. Поэтому важны не вопросы, а только то, что конкретно сказал российский президент.

Итак, вот выжимка того, что, собственно, сказал Путин:

Начал он с того, что порекомендовал российским пользователями интернета пользоваться Яндексом вместо Google. А далее добавил: «Вы должны просто из этого исходить, такая жизнь, так она выстроена американцами, они делали это. Вы же знаете, всё это возникло на первом этапе, на заре интернета как спецпроект ЦРУ США. Так и развивается». «Всё остальное – это то, что вышло, так сказать, на рынок, приняло огромный рыночный оборот. Но всё равно изначально это военная программа, специальная программа, так и сидит в центре, вот эта часть спецслужб.
Но сейчас, я знаю, тот же «Яндекс», «ВКонтакте» и поисковики всякие, они стараются здесь развивать в том числе и «железо», и, самое главное, не «железо», а математическое обеспечение и информационное. Вот это происходит. Это требует времени и денег. У наших компаний не было достаточного свободного ресурса для этих капиталовложений – сейчас он появляется, и этот процесс начался. Надеюсь, что он будет развиваться достаточно интенсивно, быстро и будет обеспечивать наши интересы.

А «Яндекс» – там тоже, повторю, не всё так просто. Что они могут, что не могут, это у них надо спросить. Но и их тоже ведь в своё время, когда они только начинали работу, их тоже поддавили: у них должно быть столько-то американцев, столько-то европейцев в руководящих органах, помните? И они вынуждены были с этим соглашаться. Поэтому это национальная система.
Часть регистрации у них тоже за границей происходит, и не только для цели налогообложения, но и по другим соображениям. Сложная сфера. Родоначальники этой сферы, как мы знаем, я уже говорил об этом, американцы, и они стараются удержать свою монополию. Но, как они говорят, монополия – это плохо; только в одном случае хорошо – если это своя монополия.
Это невозможно в современном мире, но нам нужно целенаправленно бороться за свои интересы. Этот процесс происходит. Со стороны государства мы, конечно, будем его поддерживать».

Да, Путин сказал о том, что Яндекс был изначально под контролем США. Но если акции компании из-за этого и могли рухнуть, то это должно было произойти, скорее, на российской бирже. На Нью-Йоркской же они должны были бы наоборот вырасти в цене. А произошло-то все с точностью до наоборот – акции рухнули именно на американской бирже. Не странно ли? – Странно, если исходить из того, что Путин обесценивал компанию намеренно. И совсем не странно, если исходить из того, что он этого вовсе не хотел.

Начнем с того, что интернет никогда не был проектом ЦРУ. Изначально это был проект Пентагона, т.е. Министерства обороны США, которое в вопросах разведки жестко конкурирует с ЦРУ и на пушечный выстрел не подпускает это управление к своим проектам. Примерно так же, как враждуют российские ГРУ и СВР. Так что не имело ЦРУ в то время даже доступа к зарождающемуся интернету. За тем выяснилось, что сеть неэффективна без подключения к ней университетов. Таким образом, к сети оказались подключены университеты, которые, в свою очередь, подключили сюда же и библиотеки. Сеть стала эффективной, но при этом слишком публичной для Пентагона. В Пентагоне решили, что сеть минобороны все же публичной быть не должна, и Пентагон вышел из проекта. С этого момента дальнейшее развитие интернета шло исключительно силами частных предпринимателей. А что же ЦРУ? – А ЦРУ – это профессиональные шпионы. Вот они и шпионят, используя интернет. Именно используют, но не руководят этим проектом и не контролируют его. Кроме того, Путин продолжает говорить о ЦРУ как о наиболее могущественном ведомстве американского разведывательного сообщества. А, между тем, это давно уже не так. Наиболее могущественным разведывательным ведомством в США сегодня является Управление финансовой разведки и изучения терроризма (Office of Terrorism and Financial Intelligence, TFI) минфина США. Именно эта контора, кстати, и выявляла тех лиц из окружения российского президента, против которых введены нынешние американские санкции. Что же до ЦРУ, то это ведомство сегодня во многом переместилось на вторые роли. Если президент не владеет достоверной информацией даже по такому второстепенному поводу, как чисто схематическая история возникновения интернета. Если президент не имеет достоверной информации о реальной степени могущества ЦРУ – ведомства, родственного ему по основной профессии, то как же может он предвидеть падение акций российской компании на американской бирже, в основе которого лежат куда более тонкие процессы.

На самом деле, в основе падения акций Яндекса на американской бирже лежат две основные причины:

1. Есть в США пакет законов о конфликте интересов, согласно которому государственный служащий не имеет права одновременно работать на другое правительство, ни в виде оказания прямых услуг, ни в виде инвестиций в иностранные компании с государственным участием или контролем.

В своем выступлении Путин четко обозначил, что государство участвует в процессе избавления Яндекса от иностранного влияния, а, следовательно, осуществляет прямое участие в деятельности этой компании. Естественно, что в тот же момент, как об этом стало известно, американские менеджеры инвестиционных портфелей стали срочно сбрасывать акции Яндекса из инвестиционных портфелей своих клиентов из числа государственных служащих или работников субподрядных компаний, дабы не нести ответственности за прямое нарушение федерального законодательства.

2. На основании этого же заявления прочие инвесторы, не государственные служащие, тоже стали срочно избавляться от акций Яндекса, поскольку американское правительство уже объявило о намерении ввести отраслевые экономические санкции против России, и, в первую очередь, против компаний с государственным участием или контролем. Эта часть инвесторов, не желающих рисковать внезапными финансовыми потерями в виду санкций, тоже поспешила в срочном порядке избавиться от акций подозрительной компании.

Вряд ли президент Путин предвидел запуск подобных механизмов в другой стране и действовал именно с этим замыслом – не его это модус операнди. Однако в чем нельзя не согласиться с Сергеем Пархоменко, так это в том, что нынешней российской власти такое обесценивание Яндекса весьма и весьма на руку.

Ведь посмотрите, на что направлены все последние законодательные инициативы, и правительственные заявления последнего времени? – На то, что граждане России не должны иметь иной картины мира, чем та, которая свойственна нынешней властной группировке. А для этого люди не должны иметь об этом мире никакой информации, альтернативной той, какая устраивает властную группировку. А как этого можно добиться?

Начали с того, что взяли под контроль основные телеканалы. Добились определенного эффекта. Но не полного, поскольку остались неконтролируемые источники альтернативной информации, а именно интернет и бывшие россияне, проживающие на данный момент в эмиграции на Западе. Вот, против этих двух источников информации и началась война.

По поводу интернета.

Путин говорит о создании серверов на территории России, чтобы информация о россиянах находилась на этих серверах и, таким образом, вышла из-под контроля американцев. Но, посудите сами, если эти серверы не будут в контакте со всеми остальными серверами в мире, то они не будут и в интернете. В этом случае, набирая поиск в Яндексе, например, вы сможете осуществлять этот поиск только в пределах российских источников информации. То есть, это будет не интернет, а внутренний российский интранет типа китайского. Если же серверы на территории России не потеряют связь с остальными серверами по всему миру, то и персональные данные россиян по-прежнему останутся в иностранном допуске. Так для чего же вкладываются огромные деньги в это, как сказал Путин, «железо»? – Смысл только один – отрезать Россию от всемирной паутины. Все остальное просто бессмысленно. А до той поры, пока вся эта система будет создана и заработает чисто физически, максимально заткнуть рты тем блогерам, по отношению к которым новый закон и предполагается применять в точечном режиме. От мертвого осла уши вам, а не интернет это называется.

По поводу бывших россиян, проживающих в эмиграции на Западе.

Этот источник информации работает по двум каналам. Первый – это контакты с друзьями и родственниками в России посредством электронной почты и Скайпа. И, второй – это посещение России этой категории лиц.

Что касается контактов по электронной почте и Скайпу, то здесь закон о блогерах, конечно же, не сработает. Однако проблема легко разрешится автоматически посредством постепенного и поэтапного отключения России от мировой сети. Что же касается приездов бывших соотечественников на Родину, то пусть не приезжают. И в этом направлении уже сделаны вполне явные шаги…

Помните, официальное обращение к россиянам с предостережением об опасности ареста со стороны американцев в странах Запада по примеру дел Виктора Бута и Константина Ярошенко? Тогда это вызвало лишь шутки и недоумение, поскольку далеко не каждый российский турист грешит перевозкой наркотиков или оружия в товарных количествах. А зря смеемся, кстати сказать. А не забыли о политике российской власти насильно защищать своих граждан, живущих за рубежом? – Скажете, причем здесь это?

Очень даже причем. В какой форме россияне, живущие за рубежом, и особенно в США, приезжают в Россию? – Главным образом по двум паспортам, российскому и американскому. В Россию въезжают по российскому паспорту, а в США въезжают по американскому. Итак, на территории России оказывается российский гражданин, имеющий второе американское гражданство. Но в России он рассматривается именно как российский гражданин. Имеет российская власть основания опасаться за его безопасность по возвращении в США, поскольку он посетил Россию? – В соответствии с нынешней логикой российской власти, вполне. А как его можно защитить от возможных репрессий по возвращении в США? – Не выпустить из России. Бред? – Конечно. За то, достаточно одного-двух таких случаев, и больше никто из бывших россиян сам в Россию не поедет. Какое больное воображение придумало такую конспирологическую схему? – Китайское. Когда Китай столкнулся с необходимостью смягчения своего железного занавеса, прежде всего, китайская власть именно таким способом и решила проблему нежелательных приездов в Китай китайских эмигрантов, живущих в США. И на сегодняшний день, далеко не каждый китайский иммигрант в Америке отваживается посещать свою историческую родину без крайней необходимости. И среди русской иммиграции в США уже поползли разговоры на эту тему. Так что есть российской власти, с кого брать пример по закрытию страны без установления железного занавеса официально. А, кроме того, подобная тактика очень даже согласуется с модусом операнди российской власти.

Говорил Путин то, что хотел говорить. Но сказал, как представляется, что-то очень близкое к тому, что мы обсудили выше…

 

 

Copyright©2014 UNIPRESS