UNIPRESS/Colorado Russian World
http://www.russiandenver.50megs.com/voina_protiv_zhenschin.htm

Война против женщин — взгляд из Америки
Михаэль Дорфман, Нью-Йорк

"Угроза религиозного фундаментализма идет не только от политического радикализма в исламе и христианстве, но и от фундаменталистского иудаизма. Израильтяне не имеют американского опыта борьбы за гражданские права, а потому не осознают пока в достаточной мере растущей угрозы радикального религиозного фундаментализма в Израиле". Илана Штокман, американская еврейка, написала книгу о ситуации израильтянок, покорно сидящих в задней части автобуса.

Есть у меня железное правило — не говорить на различных дружественно-семейных обедах про религию или политику. Сколько не зарекаюсь, а постоянно попадаю, как кур во ощип. Так и сейчас, на одном из многочисленных либерально-еврейских вечеринок, которых много после Еврейского нового года, заговорили о недавнем инциденте, когда религиозный еврей отказался сидеть в самолете рядом с женщиной и задержал вылет на много часов.

– В этом нет никакого общественного интереса, – решил я оживить публику. – это частный случай, который стюардесса должна было тихо решить, и не становится в позу. Американцы десять лет подряд снимают туфли в своих аэропортах и проходят еще десятки различных бессмысленных процедур. В результате задержки на миллионы часов, а никто об этом не говорит.

И тут все заговорили разом, как умеют, наверное, только евреи. Я и сам не обрадовался. На бумаге этого так просто и не передать.

– Лучше ждать, чем быть мертвым!

– Израильтяне тоже понимают в безопасности, но не требуют снимания туфлей на своих рейсах! Американцы навязывают миру свои глупые правила, хищнические приемы ведения дел, вместе с шоковой моделью корпоративного капитализма!

– Безопасность в аэропортах хоть имеет смысл, а здесь – средневековье…

– В средневековых синагогах в Европе не было женской части… Средневековье было самым продуктивным периодом иудаизма, отличавшейся замечательной открытостью и гибкостью!

– Не хочет сидеть радом с представителем другого гендера, пусть не летает и вообще не пользуется всеми благами цивилизации!

– Религиозные сами себя отделяют!

– Это их конституционное право, свобода отделяться!

– Пускай отделяются у себя дома, не в общественных местах!

– А если бы кто-то оказался сидеть с евреем потому, что верит, что тот ритуально нечистый?!

– Процедуры безопасности, хоть и глупые, но они зато обязательны для всех пассажиров. Как можно сравнивать с дикими предрассудками и женоневистничеством?!

– Там не было никакой дискриминации. Дискриминацию проводит власть, корпорация, государство, государственная религия, или покровительствует ей, а здесь лишь клиент и поставщик услуг. А в нашем богоспасаемом капитализме клиент всегда прав, не так ли?

– Это вопрос свободы религии? А если бы он отказался сидеть не потому, что боится ритуально оскверниться, а потому, что боится, что запах духов возбудит его аллергию?

– Это свобода религии, но ею нельзя рационализировать всяческие суеверия и фундаментализм!

– Люди имеют право верить во что хотят: в то, что женщина нечистая, что террористы сидят везде и только и ждут их убить, что капитализм – единственно возможная форма жизни. Религиозные – самая стигматизированная группа в современном западном обществе.

– Их свобода кончается там, где начинается свобода других!

– Может быть, я тоже не хочу сидеть рядом с ортодоксом! Что бы вы сказали, если мы бы для них устроили специальную секцию на заду самолета?

– Для «них устроили специальную секцию на заду» – это уже принуждение, будь то религиозные, арабы, женщины…

Договорится в таких обстоятельствах очень трудно, но незадолго до того я как раз был на встрече с женщиной, которая восстала против того, что «для них устроили специальную секцию на заду» израильских автобусов. Илана Штокман, до недавнего времени директор Еврейского ортодоксального феминистского альянса (Jewish Orthodox Feminist Alliance, JOFA) вспоминала на встрече с читателями легендарную Розу Паркс. Несогласие Розы сидеть сзади разделенного на «только для белых» и «только для черных» автобуса разожгло пламя гражданского неповиновения и стало важным этапом борьбы за гражданские права в США. Илана Штокман сказала, что для нее, как для американской религиозной еврейки, оказаться в задней части иерусалимского автобуса было совершенно неприемлемо. Ее новая книга «Война против женщин в Израиле: История религиозного радикализма и борьбы за свободу женщин» — о том, что угроза религиозного фундаментализма идет не только от политического радикализма в  исламе и христианстве, но и от фундаменталистского иудаизма.

– Израильтяне не имеют американского опыта борьбы за гражданские права, а потому не осознают пока в достаточной мере растущей угрозы радикального религиозного фундаментализма в Израиле.

«Война против женщин» – не изобретение Иланы Штокман, а хорошо раскрученный лозунг в американской политике. Война против женщин, действительная и пропагандистская, способствует тому, что большинство американских женщин голосуют за либералов из Демократической партии. Илана Шокман переносит терминологию и практику борьбы за права женщин в Израиль, и она «обречена на успех». Ведь за последние 40 лет в Израиле прижились практически все американские идеи и лозунги, политические, экономические и общественные, религиозные и светские, правые и левые, консервативные и либеральные. Иудейский фундаментализм, как ультраортодоксальный, так и правый религиозный национализм тоже во многом занесены в Израиль из США. До сих пор там во многом заправляют выпускники бруклинских «ешиботов».

Илана Штокман – религиозная ортодоксальная еврейка, выглядит и ведет себя соответственно. Однако с самого начала она подчеркивает, что «война против женщин» – не удел ультраортодоксальных кругов, а затрагивает все израильское общество и касается прав всех женщин.

– Для религиозных кругов, сегрегация женщин является ключом  мужской идентичности, – пишет Штокман в своей книге.

Когда-то эта сегрегация была в основном в синагогах, но сегодня она все больше и больше распространяется на другие сферы жизни в Израиле, где раньше ничего подобного не было, – в общественной сфере, в армии, даже в частных домах.

– В особо соблюдающих домах сегодня заводят отдельные места, только для женщин и другие, куда женщине ходу нет. Разрешают женщине есть только на кухне, отдельно от мужчин.

–  Самое тревожное происходит в общественной сфере. В Израиле есть города, где женщинам предписывается ходить только по определенным сторонам улиц, есть места, где женщинам запрещено находится. Заводятся секции для женщин в почтовых отделениях и банках, в парках и развлекательных аттракционах, и особенно в общественном транспорте.

Израиль декларирует себя, как светское государство, однако процесс религиозного возрождения в Израиле идентичен процессам, происходящим на всем Ближнем Востоке. Подобно большинству арабских и исламских республик своих соседей, в Израиле религия не отделена от государства, акты гражданского состояния являются уделом религиозных судов. Общественный транспорт в большинстве населенных пунктов еврейского государства вынужден соблюдать законы шаббата.

Сегрегация в автобусах, выделение женщинам специальных пешеходных дорожек, а тем более запрет на выступления женщин-артистов в армейских частях или дискриминация женщин – это в Израиле дело новое. Большинство американцев (евреев и нет) возмутила бы попытка посадить женщину сзади автобуса. В Израиле пока такое не вызывает массовых протестов, и автор пытается понять, почему.

Ситуация меняется. Еще полтора года назад в совсем небольшом Израиле было свыше 150 автобусных маршрутов общественных компаний, где осуществлялась политика сегрегации. В результате общественной борьбы, количество «кошерных» маршрутов сокращено до 50-и. Илана Штокман сама сталкивалась с попытками посадить ее сзади автобуса, и она не смолчала. В книге изложены истории ее борьбы.

Как и многое другое в Израиле, политика сегрегации носит полуофициальный характер. Закон на бумаге вроде одинаков для всех и не признает такого понятия, как ультраортодоксальный сектор или ультраортодоксальная община. В реальной жизни власти сами постоянно нарушают закон. Помню, как меня поразило, что в большинстве израильских городов футбольные матчи запрещены по субботам муниципальными законами, однако они происходят именно по субботам, и что еще более возмутительно, полиция охраняет незаконные мероприятия. Еще хуже с выполнением законов о труде и отдыхе. Здесь власть относится к закону, как дышлу и поворачивает его в угоду нерелигиозных. В других случаях законы выворачиваются в угоду религиозной политике. В любом случае государство предает  власть закона, которую призвано охранять.

Одно из самых чувствительных мест и горячих точек борьбы за права женщин – это и самое святое место иудаизма – Стена плача. Четвертьвековая история борьбы женщин за право молиться там, одевать молитвенные покрывала-талиты и ермолки –  один из самых интересных эпизодов книги . Организация «Женщины стены» создано еще в 1980-е группой женщин, в основном либерально-ортодоксальных, в рамках куда более широкого движения за допуск женщин в молитвенные залы ортодоксальных синагог.  С самого начала женщин встретили у Котеля насилием. Мне случилось наблюдать первое появление «Женщин Стены». Возбужденная  толпа религиозных иудеев во главе с раввинов синагоги Стены плача Рабиновичем напала на молящихся женщин. В молящихся женщин летели стулья, камни и даже мешочки с дерьмом. Толпа оскорбляла их, скандировала, «Убирайтесь в Германию, пускай Гитлер доделает свое дело!»

В 2011 наступил новый этап. Израильская полиция уже не ограничивалась разведением сторон, а стала арестовывать «Женщин стены».  Суды ужесточили позицию и объявили зону Котеля ортодоксальной синагогой, хотя это место явно должно быть достоянием израильской нации, а никак не отдельной религиозной общины.

Верховный суд постановил, что раввин синагоги у Стены плача может определять «обычай у Котеля». Юристы «Женщин стены» заявляют, что Верховный суд не установил, какой именно обычай должен устанавливать раввин синагоги.

Я спросил мнение нескольких еврейских женщин по поводу «еврейской войны против женщин».

– Я – одна из тeх ортодоксальных женщин, – говорит Зельди из Бруклина, – Мы чувствуем себя очень свободными, и можем делать что хотим. Еврейский путь в жизни – самый лучший, и много либералов и «свободных» (светских) приходят к нам потому, что в мире еврейской сегрегации чувствуют себя более свободными и защищенными, чем в светском мире. Нам куда спокойней ездить в иерусалимском автобусе отдельно от мужчин, чем в нью-йоркском метро, где пялятся на тебя, пытаются завести разговор.

– Штокман лишь ищет неприятностей, –  продолжает Зельди. –  Зачем ей это надо? Она может поговорить с милой еврейской женщиной, сидящей рядом с нею, а не искать проблемы. Я еще пойму борьбу женщин за равную оплату, как это бывает в светском мире, потому, что должно быть равенство в оплате за одинаковый труд. Однако я не понимаю, что им мешает у нас! А по поводу «Женщин стены», то они тоже лишь создают проблемы. Там должно быть разделение. Я не хочу молиться в синагоге и ощущать мужские взгляды на себе.

Илана Штокман тоже из Бруклина. Она выросла в религиозном еврейском районе Флатбуше и сейчас живет в Израиле. Штокман не считает себя посторонней в религиозной жизни, тем более не видит себя пришельцем, приходящим учить людей, как им надо жить. Штокман знает, каково быть и чувствовать себя в «женской секции». Она меньше всего хочет обескуражить тех, кому хорошо в мире иудейской сегрегации, кто чувствует себя комфортно в задней части автобуса, свободно беседуя со своими подругами. Однако она категорически против тех, кто считает себя вправе навязывать эти нормы женщинам, которые не хотят так жить.

– Ни в коем случае я не хочу никому ничего навязывать,- говорит Штокман. – В то же время я не хочу, чтобы религиозные что-то навязывали другим. В обществе надо оставить место для других стилей жизни, для других точек зрения на жизнь. Я рада, что кто-то счастлив, живя религиозной жизнью, но если кто-то не счастлив, то  должна быть возможность и для него жить по-своему.

– Проблема не только в метро, – сказала мне Г. жена молодого посланника Хабада в престижном пригороде Нью-Йорка, –  Женщин насилуют в университетах, в израильской армии. И все потому, что женщины там никак не отделены от мужчин, и это создает много соблазнов. Это все куда большее насилие, чем сажать женщин в задней части автобуса.

– Сексуальные приставания к женщинам, к сожалению, достаточно часты в нашей жизни, – отвечала Илана Штокман на аналогичный вопрос, – Однако это еще не повод, чтобы загнать всех женщин в отдельные секции. Существует проблема сексуального насилия, но путь ее решения в воспитании мужчин, а не в том, чтобы посадить женщин за ограду.

(продолжение следует)

 

Copyright©2014 UNIPRESS